26 июня, воскресенье. Надежда Ивановна Воскобойникова поехала в Москву. Поручил ей через Осадчего или лично напомнить Гринбергу, что «воз и ныне там». Сегодня день праздничный — ничего, вероятно, не будет. Вчера был у меня вторично бывший швейцар Государственного совета, который брал у меня первый выпуск моих воспоминаний, одобрял. Вспоминал, как подействовала на всех слышавших наши речи в ноябрьском заседании Госсовета моя краткая, но достаточно энергичная речь о том, что отечество в опасности и что пора сбросить ярмо Змея Горыныча-Распутина, тогда еще бывшего в апогее славы. Ко мне почему-то все низшие служащие относились сочувственно. Днем ничего не произошло: только ел — хотя и растительную пищу, но более, чем надо; не жалея, употребляю сахар и масло. Все равно существовать недолго. Отдал швейцару чинить сапоги.