Среда, 6 июля. С утра в 10 1/4 пошел на Литейную, 46, прямо к Максимову. Счастливо застал дома. От него получил несколько новых сведений. Разгром квартиры продолжается. Ему принесли бумагу из Отдела бесхозяйственных помещений, в которой сказано, что квартира Владимира Таганцева за арестом его и жены подлежит вселению; но в том же пакете оказалась бумага на мое имя в Петроградскую коммуну из Московского Кремля с уведомлением, что по моему ходатайству мне возвращаются мои вещи — платье и белье; но они в то же время из квартиры уже опять увезли мой письменный стол, мою этажерку, где хранился мой архив, стенные часы и еще что-то. Но зато выдали детское белье (оказались тряпки). По возвращении домой вечером видел сестру Киракозову, приехавшую из Москвы. Она привезла известия от секретаря Владимира Ильича Ленина и от Гринберга, что об моих вещах писали из Кремля в Петербург. Так как Максимов полагал, что я эти сведения получу из отдела Петрокоммуны (Адмиралтейская набережная, 8), а Киракозова сказала, что ее хорошая знакомая заведует этим отделом, то она обещала назавтра поговорить с нею по телефону и сказать мне, как лучше сделать и когда прийти.
(с.) Н.С. Таганцев, 1921
